На обочине дороги, выходящей из Вилла Эстенсе — небольшого сельскохозяйственного муниципалитета в Нижней Падуанской равнине, плоской южной полосе провинции Падуя, зажатой между Эуганейскими холмами и рекой Адидже, — стоит двухэтажный дом, который почти не обнаруживает себя. Плющ поглотил большую часть фасада. Сорняки давят на стёкла первого этажа. Если и останавливаешься — то из-за фигур: нарисованные лица смотрят со стен, керамические животные выстроились у входа, обломок скульптурной руки проступает из зарослей. Это дом, где Алиса Нелли Бергамини и её брат Неллино Бергамини провели вторую половину жизни, создавая искусство в почти полной изоляции — без электричества, газа и водопровода. Замкнутый мир, переживший своих создателей на несколько десятилетий и с тех пор медленно рассыпающийся.
Видео
Исторический контекст
Алиса и Неллино родились в Берра, в провинции Феррара — Алиса в 1922 году, Неллино в 1925-м. В 1946 году семья переехала в Вилла Эстенсе после гибели отца: он работал электриком и погиб, поражённый током на высоковольтной линии. Эта трагедия оставила глубокий след. По различным источникам, брат и сестра отказались подключать дом к электросети до конца жизни: освещали комнаты керосиновыми лампами, новости слушали по радио на батарейках. В детстве отец читал им сказки братьев Гримм — деталь, которая в конечном счёте определила облик всего дома.
Оба получили образование и работали учителями начальной школы. Мать, оставшаяся вдовой, жила с ними в Вилла Эстенсе. По местным рассказам, Неллино некоторое время продолжал вести замещающие уроки, ездя в школу на велосипеде — он не доверял оставлять его без присмотра во дворе. Алиса ушла из преподавания раньше, чтобы ухаживать за больной матерью.
Окончательный разрыв с внешним миром произошёл в 1960-е годы. Провинция Падуя начала спрямление провинциальной дороги на Вигицоло, и изгиб, проходивший прямо перед домом Бергамини, потребовал изъятия части их участка. Событие тяжело подействовало на Неллино. Вмешались карабинеры из Карминьяно; по имеющимся сведениям, он провёл несколько дней в изоляторе в Эсте. С тех пор брат и сестра почти полностью замкнулись: перестали общаться с жителями деревни, сами выращивали еду в огороде, держали кур и разводили птицу, а на необходимое — прежде всего на краски и лаки — зарабатывали, продавая свои работы на местном рынке.
Материальный быт был сведён к минимуму: ни водопровода (в доме нет ни раковин, ни туалета), ни электричества, ни газа. И всё же в этих условиях они создали целый мир. Алиса Нелли — именно так она подписывала свои работы, используя оба имени — покрывала внутренние стены сказочными сценами, цветами, портретами и декоративными узорами. Неллино ваял в саду. Разделение труда было устойчивым: она писала, он лепил и тесал. Вместе они создали то, что местные жители и приезжие стали называть Casa delle Favole — Домом сказок.
Неллино звал сестру «Божественной» — la Divina — и никогда не называл по имени. Мать всю жизнь надеялась, что оба её ребёнка женятся и выйдут замуж; в саду, среди скульптур, стоит пара в объятиях — по мнению некоторых, воплощение этого желания: двое, вместе и в камне.
В 2007 году Алиса умерла. По местным преданиям, её похоронили в питоновом манто и туфлях. После её смерти Неллино покинул дом и провёл последние годы в двух домах престарелых — последним стал дом в Казале-ди-Скодозия, — где он ежедневно говорил о сестре. Перед уходом или вскоре после её смерти он, по имеющимся сведениям, создал пару херувимов и бюст Алисы, установленных затем в часовне муниципального кладбища Вилла Эстенсе. Небольшая статуэтка внутри дома — женщина с опущенным взглядом — предположительно изображает Алису и скорее всего была вылеплена Неллино после её гибели.
Легенды
Из-за странного образа жизни этой пары в городе ходило много легенд о них. Кто-то говорил, что сад привлекал маленьких детей, где их ловили, а затем поедали. Кто-то говорил, что на заднем саду дома находится массовое захоронение.
Архитектура и пространство
Дом — скромное двухэтажное сельское строение, типичное для Падуанской равнины: никаких архитектурных претензий снаружи, никаких охранных статусов, никакой задокументированной даты постройки в доступных источниках. Исключительным — точнее, пространственно исключительным — является то, что с ним сделали изнутри.
Внутренние поверхности густо расписаны от пола до потолка. Сказочные персонажи, стилизованные портреты, декоративные бордюры, надписи и сюжетные сцены заполняют каждую комнату. На одном из верхних этажей нарисованный букет цветов сопровождают слова «Solo per la Mamma» — «Только для мамы». Работы подписаны по-особому: Алиса использовала «Alice Nelly», соединяя имя и среднее имя, Неллино подписывался просто «Bergamini».
Сад не менее тщателен: на постаментах расставлены керамические и скульптурные фигуры в строгом порядке — персонажи в исторических костюмах, образы из конкретных сказок. Два телевизора в доме — предметы, несущие особую двусмысленность в доме без электричества, — украшены портретами на экранах: Катии Риккьярелли и Лучано Паваротти, чьи голоса братья и сёстры, по всей видимости, знали по радио. Это одни из самых часто упоминаемых объектов в доме — потому что в них сконцентрировано нечто существенное: Бергамини не нуждались в работающем экране, чтобы чтить то, что любили.
Что мы нашли
Первая мысль, которая приходит в голову, когда входишь в этот сказочный мир, — что попал в какой-то музей. Деревья и трава, дикие и пышные, — часть этого воображаемого мира, полного мелодий.
Статуи тепло встречают гостей: кот и кролик в парадных нарядах приветствуют нас у входа. Их окружают принцы и принцессы, Безумный Шляпник, Дон Кихот равнины и всевозможные фантастические существа. Другие статуи уже не в состоянии разговаривать с нами: лежат на земле без конечностей, некоторые — без голов. В этом хаосе Нелли и Алиса держат друг друга за руки, она — с меланхоличным взглядом, опущенным вниз. Говорят, эти две статуи Неллино сделал уже после смерти сестры.
В заколдованном саду — даже когда ты его уже покинул — продолжают звучать голоса. Произведения искусства, статуи, росписи оживают и говорят, задавая вопросы о нашей истории и одновременно рассказывая свою.
Всё вокруг живое. То, что два художника вложили в свои работы, — это их душа. А это душа тех, кто посвятил всю жизнь своему призванию.
Следующим шагом было войти в дом — и единственное слово, которое вырвалось у нас, было громкое «воооу!» Весь дом расписан сказками. Пытаясь узнать больше об их жизни, мы обнаруживаем, что Алиса и Неллино были преданными поклонниками Ганса Христиана Андерсена. По всему дому разбросаны документы, Евангелие, сшитая вручную одежда и записки самих братьев.
Чем дальше мы идём, тем больше удивляемся. В двух разных комнатах мы обнаруживаем два телевизора. Вспомним: у Алисы и Неллино не было электричества — что тогда делают в доме два телевизора? Вот ещё один артефакт для их коллекции шедевров: над экранами нарисованы портреты — дань уважения Катие Риккьярелли и Лучано Паваротти. («Зачем вам телевизор, когда вы уже живёте в сказке?»)
В другой комнате на полу разбросаны старые вещи и памятные безделушки 1980-х, часть брошена в шкаф.
Из окон дома можно подглядывать за стражами этого места — небольшими, пёстрыми, похожими на кукол фигурками, стоящими по стойке смирно на постаментах снаружи. Довольно жутковатыми и пугающими, когда луч фонарика случайно освещает их.
В доме два этажа, а на втором лестница ведёт на крышу. Когда наступает вечер, ты оказываешься среди деревьев, в темноте, и над головой стелется тонкая полоска тумана.
Мы ушли из этого дома поздно ночью. Единственная мысль, которая не отпускала нас, пока мы ехали на велосипеде обратно в Эсте: сегодня мы видели одно из самых удивительных мест в нашей жизни.
Послесловие: за несколько лет до этого, около 2007 года, Jacopo случайно набрёл на этот дом вместе с другом. Решив, что он заброшен, они попробовали войти — все двери были заперты. Через несколько минут из окна высунулся пожилой мужчина и закричал что-то вроде: «Нет, нет — уходите отсюда, убирайтесь к чёрту!» Только теперь, спустя десять лет, стало понятно, кто это был. Это был Неллино.
Текущее состояние
После смерти Неллино дом оказался в сложной правовой ситуации. По данным местного источника, предполагаемый домработник Неллино предъявил поддельное завещание, по которому имущество переходило к нему, а не к законным наследникам, оставив здание без определённого владельца более чем на десять лет. Спор был в итоге урегулирован в пользу законных наследников. Новый владелец в интервью местной газете заявил, что дом сноситься не будет: «Мечта? Чтобы здесь поселился какой-нибудь художник и возродил искусство Бергамини». Он признал, что реставрация обойдётся примерно в 500 000 евро, выразил сомнения в реалистичности полноценного музейного использования, но был однозначен: что бы ни было сделано, «это будет сделано с максимальным уважением к Алисе и Неллино».
На момент оригинального визита в 2017 году дом был полностью открыт и никем не охранялся. Последующие посетители зафиксировали, что вандалы уничтожили значительную часть наружных скульптур. Внутренние росписи, судя по всему, сохранились лучше. Судьба объекта остаётся неопределённой по состоянию на 2024 год.
